– Не надо! – вдруг сказал Баклагов. – Мне больно.

– Тебе теперь всегда будет больно, ненормальный! – сказал лейтенант, но запал уже прошел, и он, ударив Баклагова еще пару раз, обессиленно опустился на стул.

Баклагов, не поднимаясь с пола, повернул голову и внимательно посмотрел на лейтенанта.

– Ты зачем бил меня? – спросил он.

– Поговори еще! – с угрозой произнес лейтенант. – У тебя прав теперь, как у мухи. Понял, придурок?

Баклагов поднялся с пола и, не глядя на лейтенанта, сказал:

– Ты зря это сделал. Это – зло. А зло творить нельзя.

– Это не зло, – усмехнулся лейтенант. – Это тебе наука.

Дверь открылась, и в кабинет вошел врач, а следом за ним – высокий мужчина в коротком пальто, из-под которого выглядывали белые штаны.

– Отведи его к Родионову, – сказал врач, показывая на Баклагова.

– Пошли. – Мужчина взял Баклагова под локоть и вывел в коридор.

– Подожди! – лихорадочно зашептал Баклагов. – Я должен сказать ему! Он должен это знать! Он бил меня!

Он заглянул в кабинет и выкрикнул, глядя на лейтенанта:

– Нельзя так! Ты скоро поймешь это! Нельзя!

– Матвеев, уведи его! – поморщился врач. – К чему эти концерты?

Санитар вывел Баклагова из кабинета и прикрыл дверь.

– Ну чего ты разоряешься? – спросил он. – Здоровье береги.

Баклагов шел молча, думая о чем-то своем.

– Так вы его у себя оставляете? – спросил лейтенант.

Врач кивнул:

– С ним еще пока не все ясно.

– Ну, хорошо. – Лейтенант поднялся, поправил под шинелью кобуру с пистолетом. – До свидания.

– До свидания, – сказал врач.

Лейтенант вышел к машине.

– Что там? – спросил шофер. – Забрали этого типа?

– Забрали, – сказал лейтенант, усаживаясь на переднем сиденье. – Говорят, шизофрения у него.

Они выехали за ворота.